Меню

Вестник общественного здоровья дальнего востока

Официальная информация о журнале

Электронный научно-практический журнал федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Дальневосточный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации «Вестник общественного здоровья и здравоохранения Дальнего Востока России» является электронным научным изданием.

Решение об его организации было принято в целях повышения эффективности использования исследовательского и образовательного потенциала университета и его партнеров, а также ускоренного продвижения новых технологий и внедрения результатов научной деятельности в практику здравоохранения.

Журнал предназначен для публикации научных и научно-практических статей по проблемам общественного здоровья, организации и управления здравоохранением, экономики и финансирования, медицинского страхования и ориентирован как на преподавателей медицинских учебных заведений, так и руководителей учреждений здравоохранения и практических врачей.
Журнал принимает научные статьи от авторов и творческих коллективов по следующим научным специальностям:

  • 07.00.10 История науки и техники (история медицины)
  • 14.02.00 Профилактическая медицина
  • 14.02.03 Общественное здоровье и здравоохранение
  • 14.02.05 Социология медицины
  • 08.00.05 Экономика и управление народным хозяйством

Доступ к публикациям свободный. Все публикации осуществляются по договоренности с авторами. Планируемая периодичность — 1 раз в 3 месяца

Учредитель: федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Дальневосточный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации

Главный редактор: С.Н. Киселев

Свидетельство о регистрации: ЭЛ № ФС 77 — 73400 от 10.08.2018 г. выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Мнения, высказанные авторами могут не совпадать с точкой зрения редакции.

Источник

Редакция

Редакционная коллегия:

  • А.И. Авдеев (д.м.н., профессор);
  • С.А. Алексеенко (д.м.н., профессор);
  • А.А. Антонова (д.м.н., профессор);
  • И.А. Блощинская (д.м.н., профессор);
  • В.Г. Дьяченко (д.м.н., профессор);
  • С.В. Дьяченко (д.м.н., доцент);
  • К.В. Жменерецкий,( д.м.н., доцент, член-корр. РАН);
  • В.Н. Завгорудько (д.м.н., профессор);
  • Н.А. Капитоненко (д.м.н., профессор);
  • А.Б. Петренко (PhD);
  • П.Э. Ратманов (д.м.н., доцент);
  • М.Ф. Рзянкина (д.м.н., профессор);
  • Е.Н. Сазонова (д.м.н., профессор);
  • Л.В. Солохина (д.м.н., профессор);
  • Н.В. Ташкинов (д.м.н., профессор);
  • Т.В. Чепель (д.м.н., доцент)

Редакционный совет:

  • А.В. Витько (к.м.н.; г. Хабаровск);
  • О.П. Гнатюк (д.м.н.; г. Хабаровск);
  • П.В. Громов ( г. Чита);
  • Т.В. Заболотских (д.м.н., профессор, г. Благовещенск);
  • Т.А. Зайцева ( г. Хабаровск);
  • П.Ф. Кику (д.м.н., профессор; г. Владивосток);
  • И.С. Кицул (д.м.н., профессор; г. Иркутск);
  • Т.В. Кононенко (к.м.н.; г. Хабаровск);
  • О.А. Лебедько (д.м.н.; г. Хабаровск);
  • В.Б. Пригорнев (д.м.н., профессор, г. Петропавловск-Камчатский);
  • Е.В. Пузакова (г. Хабаровск);
  • Н.В. Саввина (д.м.н., профессор, г. Якутск);
  • В.М. Салашник (к.м.н.; г. Хабаровск);
  • Л.Г. Гонохова (д.м.н., г. Хабаровск)
  • О.Е. Троценко (д.м.н., г. Хабаровск);
  • Н.Ф. Шильникова (д.м.н., профессор, г .Чита)
  • Kazuo Ishigami (PhD, MD, профессор, г. Ниигата, Япония)

Editorial Board:

  • A.I. Avdeev (MD, PhD, DSc)
  • S.A. Alexeenko (MD, PhD, DSc)
  • A.A. Antonova (MD, PhD, DSc)
  • I.A. Bloshchinskaya (MD, PhD, DSc)
  • V.G. Diachenko (MD, PhD, DSc)
  • S.V. Diachenko (MD, PhD, DSc)
  • K.V. Zhmeneretsky (Corresponding Member RAMN, MD, PhD, DSc)
  • V.N. Zavgorudko (MD, PhD, DSc)
  • N.A. Kapitonenko (MD, PhD, DSc)
  • A.B. Petrenko (PhD, DSc)
  • P.E. Ratmanov (MD, PhD, DSc)
  • M.F. Rziankina (MD, PhD, DSc)
  • E.N. Sazonova (MD, PhD, DSc)
  • L.V. Solokhina (MD, PhD, DSc)
  • N.V. Tashkinov (MD, PhD, DSc)
  • T.V. Chepel (MD, PhD, DSc)
  • V.B. Prigornev (MD, PhD, DSc)

Editorial Council:

Источник

2020 год № 2

Управление качеством медицинской помощи

Резюме:
Ключевые слова:
Summary:
Key words:

В начале XXI века, когда начали весьма интенсивно эксплуатироваться рентные возможности по экспорту сырья из России на внешние рынки, появилась возможность оценки объема виртуального богатства государства в целом и его восточных провинций. Причем это богатство долгое время направо и налево реализовывалось, формируя поток нефтедолларов, который, к сожалению, не дал толчка к перевооружению предприятий реального сектора экономики, образования и здравоохранения. Для того, чтобы все время сохранять и наращивать этот поток, нужно, чтобы рынки, на которых реализуется эта продукция, все время расширялись [27, 55, 56].

Между тем цены на углеводородное сырье не могут расти до бесконечности, следовательно, остается только одна реальная возможность удерживать стабильное состояние государства постоянно увеличивать физический поток объема углеводородного сырья или диверсифицировать экономику, а, следовательно, и структуру экспорта. Для этого необходимо отдавать преимущество высокотехнологичному и наукоемкому производству, которое должно стать одним из важных инструментов ослабления сырьевой специализации России и осуществления структурного разворота ее народного хозяйства [51].

Основным потребителем российского углеводородного сырья до последнего времени являлись страны Евросоюза, однако по мере роста экономики восточного соседа России — Китая, который догнал первую экономику мира (США) и вместе с Японией и Южной Кореей стал потенциальным потребителем сырьевых ресурсов Дальнего Востока России, внимание к ДФО со стороны управляющих структур государства стало увеличиваться. Эта отдаленная провинция России сегодня, по их мнению, потенциально динамично развивающийся регион, который сможет играть большую роль в решении экономических вопросов между Россией и странами Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) [27, 36].

Огромный по площади, богатый по ресурсам Дальневосточный федеральный округ (ДФО) является естественным выходом России в АТР [3, 21, 36,]. На Дальнем Востоке сосредоточено до 90% российских запасов алмазов, 40% золота, 92% олова, 30% серебра, в Арктике производится более 90% никеля и кобальта, 60% меди, извлекается около 80% газа и 60% нефти. И это далеко не все. Однако, без улучшения его социально-экономического положения региона достижение поставленных целей невозможно [10, 39]. Для освоения природных богатств субъектам РФ ДФО в обозримой перспективе потребуются значительные трудовые ресурсы, которые в настоящее время характеризуются значительным дефицитом [9, 34, 62].

Основная роль субъектов РФ в решении проблемы интеграции российской экономики в мировую экономику рассматривается отечественными элитами с позиции усиления интеграции ДФО с приграничными государствами АТР: Китаем, Японией и Республикой Кореей. Внешнеэкономическая специализация — стержневая идея ускорения социально-экономического развития Дальнего Востока России на ближайшие 30-50 лет. Она позволяет существенно сократить время трансформации региональной экономики за счет привлечения иностранного капитала, передовых технологий и инновационного менеджмента, что, в свою очередь, создаст объективные предпосылки для формирования на юге региона постоянного населения и роста качества человеческого потенциала [4, 26, 50].

За годы либеральных реформ ДФО покинуло более 2 млн дальневосточников, причем в своей основе это были молодые, образованные и имеющие высокий уровень потенциала здоровья люди, в результате миграционных процессов качество человеческого потенциала региона значительно снизилось и перестало отвечать требованиям программы развития Дальнего Востока и Забайкалья [23, 24, 46, 47]. Это усилило демографическое давление на ДФО, приграничных государств, в частности Китая, экономика которого имея неограниченные трудовые ресурсы развивается в опережающем темпе [23, 32, 57, 62].

Цены на товары и услуги в ДФО выше на 40%, чем в среднем по России, при этом зарплаты, пенсии и стипендии не позволяют укладываться в прожиточный минимум, вследствие чего доля бедного населения выше среднероссийского показателя. Управление всеми крупными компаниями производится из Москвы. Поэтому многие дальневосточники не видят перспектив карьерного развития внутри дальневосточных подразделений, присутствует ощущение, что московские и иностранные компании выкачивают природные и людские ресурсы из региона [12, 64]. Сейчас в регионе продолжается опасный процесс замещения дальневосточников, квалифицированных, проживающих здесь и патриотично настроенных, выходцами из стран СНГ [17, 18].

Основной экономической проблемой современности можно назвать формирование общества потребления на фоне недостатка качественных рабочих мест из-за малого количества современных предприятий [4, 16]. Созданию современных производств мешают высокие затраты на энергообеспечение и транспортные расходы. Так же наблюдается низкая эффективность освоения бюджетных средств, что не позволяет быстро строить инфраструктуру, необходимую для новых предприятий [53].

Президент РФ В.В. Путин поручил Правительству до 15 ноября 2019 г. подготовить указ о национальной программе развития Дальнего Востока до 2025 года и на перспективу до 2035 года, в её реализации подразумевается участие практически всех министерств и ведомств, а также «Внешэкономбанка», «Газпрома», «РЖД», «РусГидро, «Роснефти», «Россельхозбанка», ФСК, «Росгеологии» и др. Примечательно, что целей у Госпрограммы две. Первая — «повышение уровня социально-экономического развития ДФО», вторая — «обеспечение потребности в трудовых ресурсах и закрепление населения на Дальнем Востоке», дополнением которой является общая направленность социальной региональной политики России на ближайшую перспективу в виде обеспечения доступности, качества и безопасности медицинской помощи [38, 48, 49]. Однако общий уровень расходов в России на здравоохранение, не соответствует декларированной направленности государственной политики, поскольку в общемировом рейтинге она занимает 53 место по этому показателю. Вполне естественно, что результаты функционирования хронически недофинансируемой, подверженной перманентным реформам и оптимизации отечественной медицины не удовлетворяют ни население, ни управляющие структуры государства [15].

Чтобы исправить положение и пополнить объем финансовых ресурсов, в конце 2017 года Правительство приняло госпрограмму по развитию медицинского туризма в России. Планируется, что к 2025 году количество иностранных граждан, которые получат лечение в нашей стране, составит 0,5 млн человек ежегодно. Но основным слагаемым успеха в таких случаях являются инвестиции. Пока неизвестно, должна ли будет отрасль справиться собственными силами или ей поможет государство, поскольку большинство стран мира, которые эффективно развивают технологии въездного медицинского туризма, получают значительные инвестиции от государства (несколько десятков млн USD) на внедрение современных технологий производства медицинских услуг [35, 43].

Развитие экспорта медицинских услуг по мнению представителей управляющих структур послужит драйвером роста доступности, качества и безопасности медицинской помощи населению России, а также формирования бренда отечественной медицины на международной арене. Чтобы взаимодействовать с регионами, в 2019 году в РФ был создан Координирующий центр по развитию экспорта медицинских услуг. Центр занимается анализом структуры экспорта медицинских услуг, разработкой мер по увеличению его объемов в стране [45].

Исходя из выше сказанного, целью настоящей статьи является анализ и оценка перспектив экспорта и импорта медицинских услуг в субъектах РФ ДФО.

Материал собирался и систематизировался исходя из анализа научной литературы, различных международных и туристских Интернет-ресурсов и интервью различных специалистов и экспертов по теме исследования. Дизайн исследования включал: контент-анализ, сравнительный анализ и авторский анализ, в сочетании с полустандартизированным индивидуальным и коллективным интервью [69]. Была сделана попытка оценки научной и практической информация о современном состоянии, перспективах развития системы здравоохранения ДФО с точки зрения реализации как въездного, так и выездного медицинского туризма. Системный анализ регионального потенциала в сфере медицинского туризма позволяет формировать прогнозные модели участия государственных и частных медицинских центров разной клинической направленности ДФО.

Одним из основополагающих факторов развития здравоохранения является наличие достаточного числа больничных учреждений. Их число может изменяться в результате увеличения инвестиций в новое строительство, за счет изменения численности врачей и медицинских работников и т.п., а также вследствие повышения уровня заболеваемости [42, 44]. Большинство специалистов по управлению здравоохранением акцентирует свое внимание на диагностике и лечении различных заболеваний населения в амбулаторном секторе вместо лечения в круглосуточных стационарах [29, 60].

Состояние региональной медицины. В последние годы управляющими структурами РФ был реализован комплекс мероприятий по реструктуризации системы оказания медицинской помощи населению нашей страны, когда под лозунгом «повышение эффективности», была проведена «оптимизация» системы производства медицинских услуг. В течение 1990-2019 гг. число больничных организаций и коек в них в абсолютных и относительных показателях по данным Росстата значительно уменьшилось (табл. 1). Результаты либеральных реформ системы оказания медицинской помощи в виде деградации значительного числа структурных элементов (основные фонды и ресурсы: кадровые, материально-технические, финансовые) системы здравоохранения в Российских провинциях, таких как Дальний Восток и Забайкалье заблокировало развитие технологий производства медицинских услуг по следующим направлениям:

  • профилактика заболеваний, расширение масштабов и повышение эффективности диспансеризации населения;
  • развитие стационарозамещающих медицинских технологий;
  • внедрение трехуровневой системы оказания медицинской помощи, создание межрайонных центров;
  • развитие сектора высокотехнологичной медицинской помощи;
  • совершенствование системы подготовки медицинских кадров и др.
Главный редактор С.Н. Киселев (д.м.н., профессор)
Зам. главного редактора Ю.В. Кирик, (к.м.н., доцент)
Технический редактор С.В.Путыгин, к.м.н., доцент
Editor-in-Chief S.N. Kiselev (MD, PhD, DSc)
Vice-Editor-in-Chief Yu.V. Kirik (MD, PhD)
Таблица 1. Динамика структурных элементов системы здравоохранения России за период либеральных реформ (1990-2019 гг.)

Годы Число больничных организаций, тыс. Число больничных коек Амбулаторно-поликлинические, тыс.
Всего, тыс. На 10 000 человек населения
1900 12,8 2037,6 137,4 21,5
1995 12,1 1850,5 125,8 21,1
2000 10,7 1671,6 115,0 21,3
2001 10,6 1653,4 114,4 21,3
2002 10,3 1619,7 112,6 21,4
2003 10,1 1596,6 111,5 21,5
2004 9,8 1600,7 112,2 21,4
2005 9,5 1575,4 110,9 21,8
2006 7,5 1553,6 109,0 18,8
2007 6,8 1521,7 106,6 18,3
2008 6,5 1398,5 98,0 15,5
2009 6,5 1373,4 98,0 15,5
2010 6,3 1339,5 93,8 15,7
2011 6,3 1339,5 93,8 15,7
2012 6,2 1332,3 92,9 16,5
2013 5,9 1301,9 92,9 16,5
2014 5,6 1266,8 86,6 17,1
2015 5,4 1222,0 83,4 18,6
2016 5,4 1197,2 81,6 19,1
2017 5,3 1182,7 80,5 20,2
2018 5,3 1152,4 79,5 20,8
2019 5,2 1124,0 78,4 21,4

Результаты так называемой «оптимизации» региональной медицины стали основной причиной снижения доступности, качества и безопасности медицинской помощи жителям ДФО [11, 12, 14, 25, 41].

Предполагаемое в 2020 г. внесение поправок в Конституцию РФ 1993 года, на которое наслаивается пандемия вызванная коронавирусом «COVID-19» и прогнозируемый мировой экономический кризис заставляет оценить вероятные прогнозы соотношения спроса и предложения на рынке медицинских услуг ДФО. Согласно опросу ВЦИОМ, в условиях пандемии вопрос о цене и качестве услуг здравоохранения стал для граждан еще актуальнее. Так, 95% ответили: для них важно, чтобы в Конституции закрепили обеспечение доступности и качества медицинского обслуживания. И, если вероятность положительного голосования за поправки внесенные в Конституцию РФ оцениваются экспертами достаточно высоко, то успех реализации апробированной в Китае в начале 2020 г. модели «тотального карантина» противостояния эпидемии «COVID-19» [65] в приложении к России и её провинциям остается пока неясной, поскольку она не избежала участи большинства стран мира по развитию эпидемии и сопутствующего ей социально-экономического кризиса. Глобальная эпидемия «COVID-19» продемонстрировала отечественным федеральным и региональным политикам, бизнес структурам и всему обществу уязвимость нынешней внутрироссийской экономической и социальной модели государства, а также неспособность модернизированной либералами отечественной системы здравоохранения эффективно противостоять эпидемиям, поскольку изменения в социальной структуре и содержании медицинской помощи в результате проводимых реформ, стали причиной деградация локальной пространственно-временной организации медицинской помощи гражданам РФ, особенно в её региональном контексте [11, 12, 60].

К сожалению, медицинское страхование даже после принятия Федерального закона от 29 ноября 2010 г. № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в РФ» с последующими поправками до сих пор не дает ожидаемых результатов по обеспечению доступности, качества и безопасной медицинской помощи гражданам [40, 42]. И, если в столице нашего государства этот закон работает, то в российской провинции его отдельные параметры полностью не реализуются [19, 26, 48, 61].

По данным Росстата за последние годы в РФ вдвое выросло время ожидания необходимой госпитализации, а также увеличилась доля тех, кто вообще не получил медицинской помощи, в большей мере это касается провинциальных систем здравоохранения. При этом статистика фиксирует рост недоверия граждан к отечественной медицине, который говорит о неудовлетворительной работе медицинских организаций, поскольку более половины населения РФ в качестве причин «не обращения» за медицинской помощью указали на то, что необходимое лечение можно получить только, как платную услугу, что вынуждает их прибегать к самолечению [37].

Субъективными факторами недопотребления медицинских услуг являются личностные реакции на болезнь, интегрирующие в гипонозологию: анозогнозический, паранояльный, сенситивный, эргопатичный и, частично, дисфорический тип реакций [2]. В реальных условиях уровень недопотребления медицинских услуг связан, как правило, с невозможностью их оплаты пациентом в связи с отсутствием средств, что является причиной многочисленных конфликтов между пациентами и медицинскими работниками [15, 61].

Среди основных факторов, повлиявших на нынешнее состояние медицины в ДФО, можно выделить хронический дефицит кадров, износ инфраструктуры и низкий уровень внедрения информационных технологий. Как сообщает министр по развитию Дальнего Востока и Арктики А.А. Козлов в своих интервью, региону не хватает более 4,3 тыс. врачей. Дефицит специалистов в отрасли наряду с общим оттоком населения из ДФО обусловлен невыполнением региональными элитами нормативов уровня зарплат медицинского персонала, которые определены указами Президента РФ 2012 г., причем в России в целом по этому показателю в отрицательном смысле «лидируют» два субъекта РФ ДФО: Республика Саха (Якутия) и Забайкальский край. Программа государственных гарантий оказания бесплатной медицинской помощи во всех субъектах РФ ДФО (кроме Сахалинской обл. и ЧАО) недофинансируется до 30% от расчетного уровня. Что же относительно инфраструктурных проблем, то в проведении капитального ремонта нуждаются более 1,2 тыс. медицинских организаций ДФО, поскольку основная часть из них построена 70-80 лет назад, а уровень износа основных фондов этих больниц и поликлиник достигает 60-70%. Срочное обновление требуется парку спецмашин скорой помощи (более 1 тыс. единиц).

За годы либеральных реформ в ДФО построено всего несколько современных медицинских организаций: Национальный Центр Медицины Республики Саха (Якутия), Федеральный центр сердечно-сосудистой хирургии Минздрава РФ (г. Хабаровск), Приморский краевой перинатальный центр (г. Владивосток) и др., всё остальное строительство в региональной медицине относится к реконструкции и капитальному ремонту ранее существующих больниц и поликлиник. В настоящее время в ДФО строится более 35 новых медицинских организаций [20].

Отечественная, а уж тем более провинциальная медицина часто не в силах оказать качественную и безопасную медицинскую помощь. Поэтому все больше наших соотечественников, обладающих достаточным уровнем финансовых ресурсов, предпочитают лечиться за границей, что связано в том числе и с формированием особенностей потребительского поведения населения региона в рыночных условиях [5]. Сегодня возможности управления поведение потребителей медицинских услуг зависят от внешних и внутренних факторов, влияющих на принятие решения непосредственно потребителем (пациентом). В качестве внутренних факторов выступают особенности восприятия, характеристики индивида как потребителя, способность к обучению, запоминанию, потребности, побуждающие действия и установки клиента, а также его эмоциональное состояние. К внешним факторам относят оказание воздействия со стороны референтных групп на потребителя, состояние политической и экономической обстановки в конкретной ситуации Дальнего Востока России. Взаимодействие внутренних и внешних факторов принятия решений потребителями медицинских услуг в условиях рынка являются отправными точками реализации технологий медицинского туризма, что трудно поддается регулированию со стороны управляющих структур [54, 67, 70, 72].

Рынок медицинских услуг в ДФО. Положение региональной медицины усугубляется неясным прогнозом пандемии «COVID-19» и надвигающимся мировым экономическим кризисом. В то время, как Китай и Южная Корея продолжают свой экономический рост, субъекты РФ ДФО в экономическом плане «проседают» достаточно сильно, уступая в этом сомнительную пальму первенства лишь Японии, экономический рост которой остался в далеком прошлом [53]. Рыночные изменения в отрасли здравоохранения Дальнего Востока России в реальном временном периоде следует рассматривать в контексте стратегии развития региона. В этой связи следует иметь в виду, что, даже при условии преодоления препятствий для развития экономики региона, планируемый в программах развития ежегодный рост на 7-8% валового регионального продукта для субъектов РФ ДФО будет недостаточно, поскольку уровень отсталости Дальнего Востока России от сопредельных территорий КНР — Дунбэй (провинции Хейлуцзян, Ляонин и Цзилинь и др.) — весьма значителен. Следовательно, необходимо в программах развития до 2035 г. ставить задачу не только удвоения, а то и утроения валового регионального продукта. Это можно сделать за счет реализации высокоэффективных проектов ресурсодобычи, повышения качества человеческого потенциала за счет реформ образования, здравоохранения и науки.

По оценкам региональных экономистов, Дальневосточный федеральный округ уже сегодня зарабатывает в целом больше, чем тратит [18, 31]. Поэтому, если стремиться к сиюминутной отдаче, необходимо продолжать заниматься освоением нефтегазовых месторождений Сахалина, Татарского пролива, Магаданского шельфа и других богатых углеводородами участков дальневосточных территорий, а если рассматривать перспективу развития региона на 25-50 лет, то следует преодолеть основное препятствие экономического роста — проблему формирования собственных трудовых ресурсов, основанную на решении проблем количественного и качественного дефицита человеческого потенциала [64]. Поэтому для начала необходимо в самые короткие сроки добиться прекращения оттока населения из ДФО.

По мере реализации рыночных отношений в региональной медицине определяя емкость рынка медицинских услуг, мы исходили из положения о том, что общий объем рынка равняется числу услуг, оказанных пациентам, включая услуги в системе ОМС, которые, как правило, сопровождаются платежами лично в руки к врачу [7, 8, 12]. Рынок платных медицинских услуг в ДФО продолжает расти, однако, производители медицинских услуг, как в государственном, так и в негосударственном секторах продолжают испытывать «давление» множества проблем. И, если объем рынка медицинских услуг производимых в государственном секторе достаточно стабилен и легко оценивается по двум основным направлениям: программа государственных гарантий оказания бесплатной медицинской помощи и уровень платных медицинских услуг, то объем рынка коммерческой медицины, который включает в себя все медицинские услуги, совершенные за наличную и безналичную оплату в рамках комплексных программ или разовых платежей пациентов оценить достаточно сложно из-за того, что негосударственный сектор производства медицинских услуг не формирует достоверных статистических данных [1, 12, 15].

Однако данные собственных оценок в рамках реализации индивидуальным и коллективным интервью, как производителей, так и потребителей медицинских услуг свидетельствуют о том, что в ДФО уже сформировался круг потребителей, которые готовы платить за качественное медицинское обслуживание и сервис. В структуре регионального рынка медицинских услуг на сегодняшний день лидируют стоматологические услуги (50%), диагностика (20%), гинекология и урология (15%).

С одной стороны, рынок платных медицинских услуг, как в России в целом, так и в её провинциях продолжает расти, с другой — частная медицина пока ещё не стала полноценной составляющей единой системы здравоохранения, хотя и наблюдаются позитивные тенденции. Они заключаются в том, что Минздрав РФ обратил внимание на негосударственный сектор и обозначил свою готовность к конструктивному сотрудничеству, поскольку бюджетные затраты на здравоохранение в ближайшие годы по оценкам экспертов будут планомерно сокращаться [60, 61]. Однако препятствий для развития негосударственного сектора здравоохранения ДФО весьма значительны, в частности, — это слабая законодательная база. Сегодня правовое регулирование коммерческой деятельности в сфере производства и сбыта медицинских услуг осуществляется огромным количеством нормативных актов, которые плохо согласуются между собой, а иногда откровенно противоречат друг другу. Органы государственной власти на местах предпочитают трактовать многочисленные приказы и постановления по данному вопросу в свою пользу, что в сочетании с засильем командно-административных методов управления в регионе блокирует развитие малого и среднего бизнеса, в том числе и в медицине. Существующие стандарты в основном ориентированы на крупные московские медицинские центры, которые обладают полным комплексом диагностического оборудования и оказывают широкий спектр услуг. Большинство негосударственных клиник в ДФО «подогнать» под эти стандарты невозможно. Неадекватная процедура лицензирования и прессинг контролирующих органов давно стали притчей во языцех. Отрицательным фактором, который дополняет проблемы негосударственного сектора производства медицинских услуг региона является ещё достаточно емкий теневой рынок медицинских услуг в государственных медицинских организациях региона [6, 15, 28].

Перспективы развития медицинского туризма в ДФО. Под медицинским туризмом понимают поездки с лечебными целями, осуществляемыми добровольно, за счет личных или корпоративных средств. По видам поездки различают выездной, въездной и внутренний медицинский туризм [30, 35, 72]. Минздрав РФ в ближайшие пять лет намерено серьезно продвинуть отечественную медицину для реализации въездного медицинского туризма. Для этого начали формировать концепцию развития экспорта медицинских услуг, где планируется участие и медицинских организаций Дальнего Востока России. Во Владивостоке в ходе профильной сессии дальневосточного форума «Тихоокеанская Россия — территория здоровья» чиновники, эксперты и руководители клиник обсудили конкурентные преимущества отрасли в привлечении пациентов из Южной Кореи, Японии и Китая. Сюда относятся не только изменения в территориальной организации разделения медицинского труда, но и серьезные изменения в пространственно-временных параметрах работы врача с пациентами, а также их взаимоотношений в условиях рынка [1, 13, 15, 58, 59].

В ближайшие годы серьезную конкуренцию региональным частным клиникам, с позиции привлечения пациентов из приграничных государств АТР, разумеется, при грамотном подходе к управлению, могут составить Национальный Центр Медицины Республики Саха (Якутия), Федеральный центр сердечно-сосудистой хирургии Минздрава РФ (г. Хабаровск), Приморский краевой перинатальный центр (г. Владивосток), Медицинский центр ДВФУ, на острове Русском и др.

В обозримой перспективе, как государственный, так и частный сектор производства медицинских услуг в ДФО ожидает не только борьба за пациентов с производителями медицинских услуг в приграничных государствах, но и борьба за профессионально подготовленных врачей, которых, к сожалению, не становится больше. Несколько лет назад на Первом Форуме частных медицинских организаций Дальнего Востока России проблемы коммерческого сектора медицины региона были достаточно подробно обсуждены [6], однако число препятствий для поступательного развития региональной медицины за истекшие годы не уменьшилось.

В настоящее время значительные усилия региональных органов управления здравоохранения направлены на выравнивание неравномерности обеспечения населения ДФО качественными медицинскими услугами. Тем не менее, неравномерность доступности качества и безопасности медицинских услуг дальневосточникам сохраняется. Технологические достижения региональной медицины, ведущие к быстро снижающимся издержкам на перевозки пациентов, связь и доступ к информации, наряду с институциональными изменениями, такими, как либерализация процедур пересечения границ, открывают новые возможности для выравнивания сложившейся географической неравномерности в качестве оказываемых медицинских услуг жителям ДФО.

Таким альтернативным путем становится развитие медицинского туризма [71]. При этом уменьшается зависимость пациента от недостатков системы здравоохранения и возрастает степень его влияния на лечебный процесс. В настоящее время индустрия медицинского туризма оценивается в 100 млрд. USD. Анализ статистики по международному медицинскому туризму показывает, что 11 млн. человек ежегодно выезжают за границу в поисках необходимых медицинских услуг. Прогнозируется, что медицинский туризм будет расти на 25% ежегодно в течение следующих 10 лет, и по оценкам, от 3% до 4% населения мира будут путешествовать за границу, чтобы получить медицинские услуги, а это уже значительная доля пациентов, страдающих от неравномерности развития медицины [5, 28, 66, 67, 70].

По оценкам экспертов суммарная стоимость услуг медицинского туризма к 2025 году может вырасти до 3 трлн. USD в год. Пациенты, выбирая страну, большое значение придают международному имиджу медицинского обслуживания в этой стране. Международный исследовательский центр здравоохранения (The International Healthcare Research Center, USA) составил рейтинг привлекательности стран с точки зрения медицинского туризма [71]. Первые позиции в этом рейтинге в 2016 г. занимали Канада, Великобритания, Израиль, Сингапур, Индия, Германия. Франция, Южная Корея, Италия, Колумбия. Россия в нем находилась на 34 месте из 41 страны, подвергнутых анализу.

Однако перспективы развития внутреннего и въездного медицинского туризма на Дальнем Востоке России пока сомнительны по нескольким причинам. Прежде всего, уровень технологий и сервиса во всех медицинских организациях, претендующих на участие в программах международного туризма пока далек от международных аккредитационных стандартов, что дополняется низким уровнем доступности и удобства транспортной инфраструктуры региона. В таких странах, как Великобритания, США, Австралия и Канада, аккредитацией занимаются специальные органы, большей частью негосударственные, но уполномоченные государством в соответствии с национальным законодательством. Однако во многих странах медицинские учреждения все чаще прибегают к помощи больших международных аккредитационных групп и организаций, которые имеют авторитет во всем мире.

Существует несколько международных организаций, занимающихся аккредитацией:

  1. Международное общество по качеству в здравоохранении (The International Society for Quality in Health)
  2. Общество Международной Аккредитации Систем Здравоохранения (SOFIHA (The Society for International Healthcare Accreditation))

Они создали несколько общепризнанных систем аккредитации: Trent Accreditation Scheme; Joint Commission International, или JCI; Australian Council for Healthcare Standards International, или ACHSI; Canadian Council on Health Services Regulation, или CCHSA.

Сегодня, самым объективным и престижным методом оценки качества и организации медицинского обслуживания на международном уровне, бесспорно, считается аккредитация JCI (Joint Commission International). Аккредитация JCI является свидетельством наивысшего качества медицинского обслуживания, безопасности пациентов, применения правильных методов лечения и управления в медицинском учреждении. Получение данной аккредитации престижно и автоматически дает возможность выхода на международный уровень и привлекает сотни пациентов из-за рубежа [63, 68].

Вступление России во Всемирную торговую организацию (ВТО) в 2012 году укрепило позиции производителей медицинских услуг приграничных стран АТР за счет стойкого роста объемов выездного медицинского туризма граждан России в отдельные страны АТР (Китай, Япония, Южная Корея и др.).

Китай. Еще в начале 1990-х годов КНР принадлежала к числу стран, последовательно повышающих эффективность системы охраны здоровья населения. В августе 2006 г. правительство Китая создало координационную группу по реформированию здравоохранения, в которую вошли представители полутора десятков министерств и государственных комитетов. На первый план был выдвинута программа укрепления ведущей роли правительства в реформировании управления государственными медицинскими организациями и снижения расходов населения на здравоохранение.

На реформу здравоохранения Правительство Китая выделило из государственного бюджета только с 2009 по 2011 год 850 миллиардов юаней (124 миллиарда долларов). Согласно утвержденному плану, как сообщало агентство Синьхуа, эти средства планировалось расходовать на «создание всеобщего доступа к базовому медицинскому страхованию, введение системы «основных» лекарственных средств, совершенствование условий оказания первичной медико-санитарной помощи и др. В числе конкретных шагов реформы предусмотрено строительство около двух тысяч больниц по «общенациональным стандартам здравоохранения».

С точки зрения развития въездного туризма Китай является одним из мировых лидеров [32]. Сегодня в поднебесной существует государственная программа по превращению страны в регионального лидера медицинского туризма. Если рынок мирового медицинского туризма растет в среднем на 30 %, в год, то в Китае этот сегмент бизнеса в ближайшие годы будет развиваться невиданными темпами на 100% в годовом исчислении. Это означает, что если в начале второго десятилетия с лечебными целями в Китай приезжало более 200 тыс. пациентов в год, то через несколько лет это число выросло до 1 млн. Значительную часть медицинских туристов в КНР составляют граждане РФ, в том числе и жители ДФО, которые убеждаются в том, что в поднебесной имеется необходимая инфраструктура для приема и лечения иностранцев. Главное преимущество лечения в Китае — это соединение возможностей западной и традиционной китайской медицины [52]. При этом западная медицина в Китае развита ничуть не хуже, чем в Европе, но стоимость лечения на порядок ниже. Есть и другой аспект — ряд заболеваний, в первую очередь хронических, плохо поддается лечению при помощи западных методик, но успешно излечивается благодаря традиционной китайской медицине. Реабилитация после инсульта, лечение бронхиальной астмы, ХОБЛ, ДЦП, псориаза, хронических нервных расстройств далеко не полный перечень того, что может традиционная медицина Китая.

Наиболее привлекательными городами с точки зрения медицинского туризма являются Пекин (здесь собран весь цвет китайской медицинской науки), Шанхай (власти города стремятся превратить его в своеобразный медицинский «ХАБ»), Тяньцзинь, Гуанчжоу, Харбин и др. В каждом из названных городов есть свои знаменитые госпитали общего профиля, а также узкоспециализированные клиники.

По данным выборочных опросов российских туристов получавших медицинскую помощь в клиниках КНР, привлекательным фактором являются ценовые характеристики оказываемых услуг. Проведенный анализ ценовых характеристик стоматологических услуг в некоторых странах АТР подтвердил данные опросов туристов. Так, цены на стоматологическую помощь в Китае оказались значительно ниже, чем в России [7, 54].

Япония. Предприняв попытку выхода на международный рынок медицинских услуг, Япония старается конкурировать с Китаем, Южной Кореей, Таиландом и Сингапуром, где медицинский туризм граждан из России уже давно приобрел внушительные масштабы. Причем стоит учесть, что медицина в Стране Восходящего солнца не из дешевых, а, следовательно, организаторам медицинского туризма в Японии надо найти такие нюансы и аспекты, которые бы стали решающими в выборе дальневосточниками японских клиник. Вместе с социально-экономическим своеобразием, Япония обладает весьма эффективной и экономной системой здравоохранения, которая, в частности, требует в два раза меньше расходов и достигает лучших медицинских результатов, чем системы здравоохранения таких экономически развитых стран, как США [22]. Требуемый паритет затрат и результатов в системе охраны здоровья своих граждан Япония формирует путем внедрения нескольких инструментов, в частности, запрета на прибыль страховых компаний, ограничений доходов производителей медицинских услуг и широкого спектра профилактических мер. Система оказания медицинской помощи в Японии — гибридная система, финансируемая за счет страховых взносов, связанных с работой, и налогов — является всеобщим и обязательным и потребляет около 8% ВВП страны.

По уровню научного медико-биологического потенциала Япония занимает второе место среди развитых стран мира. Здесь насчитывается 240 научно-исследовательских учреждений медико-биологического профиля, в которых работают около 73 000 ученых-медиков. Медицина Японии является общепризнанным лидером в области современных технологий.

Согласно статистике Medical Exellence Japan, жители постсоветских стран в 2010-2019 годах посещали Японию для лечения рака печени, кишечника, груди, поджелудочной, предстательной железы, патологии щитовидной железы, рассеянного склероза, хронической мерцательной аритмии, межпозвоночной грыжи, невриномы, артроза. Кроме того, популярным среди российских туристов становится услуга комплексной диагностики за короткое время в японских клиниках, т.е. скрининг, который по-японски называется «нинген докку».

Правительство Японии во всех мероприятиях по развитию медицинского туризма берет на себя только организационные функции и практически не вкладывает средств. При приеме первых пробных групп государством оплачивались лишь услуги переводчиков. Оплата медицинских процедур и дорожные расходы осуществлялись за счет туристов-пациентов. Сегодня у Японии в АТР много конкурентов, которые также рассматривают медицину как резерв экономического роста. Например, в Южной Корее только ежегодные ассигнования в медицинский туризм составляют около 4 млн USD.

Южная Корея. Страна с 50-миллионным населением, которая в последние десятилетия, параллельно с совершенствованием системы медицинского страхования осуществила коренную модернизация медицины. Эти факторы оказали существенное влияние на положительные изменения в состоянии здоровья корейцев [73]. В корейской системе здравоохранения и медицинского страхования положительным моментом стало то, что поток ресурсов между правительством, потребителями медицинских услуг, корпорациями и производителями медицинских услуг стал «прозрачным» и контролируемым.

Южнокорейская медицина сегодня — это высококвалифицированные специалисты с международной репутацией, современные медицинские центры, оснащенные новейшим оборудованием, обеспечивающим передовые методы диагностики и лечения. Корейские медицинские учреждения предоставляют такие востребованные сейчас среди медицинских туристов услуги, как комплексное медицинское обследование, эстетическая хирургия, стоматология, операции по искусственному оплодотворению и многое другое [33].

В последние годы правительство Кореи активно продвигает сегмент медицинского туризма, оценивая его как один из наиболее прибыльных секторов экономики. Что же относительно России, то по мнению экспертов — это рынок с наибольшим потенциалом развития корейского въездного медицинского туризма. По данным Министерства здравоохранения Кореи, в 2011 году страна приняла 110 тысяч иностранных медицинских туристов, а в 2018 году их количество превысило 400 тысяч человек.

Дальний Восток России, при наличии больших преимуществ перед другими провинциями государства недооценен управляющими элитами, как драйвер потенциального роста экономики России. Субъекты РФ ДФО остаются малоосвоенными территориями с нерешаемыми демографическими проблемами и низким уровнем экономической концентрации. Дезорганизация структуры региональной медицины, неприемлемый уровень доступности качественных медицинских услуг является одной из причин оттока населения из ДФО, что отрицательно влияет на перспективы развития въездного медицинского туризма в ближайшие годы. Отсутствие должного уровня управления региональным развитием не позволит преодолеть накопившиеся инфраструктурные и институциональные проблемы.

Источник

Читайте также:  Минусы компьютера для здоровья человека
Adblock
detector